Жизнь потекла своим чередом. Вскоре животик Джудит заметно округлился. Уильям с такой нежностью относился к ее животику словно он был живой и жил отдельной жизнью. Они много времени проводили вместе.

Было столько любви и заботы со стороны Уильяма. Она словно купалась в любви. Ей было тепло и уютно даже в самый морозный вечер.
Они тихо и по-семейному отпраздновали рождество. Уильям не хотел никого приглашать. Да и Джудит на этом не настаивала. Им было так хорошо вдвоем. Остальной мир и остальные люди словно не существовали вовсе.
Нарядили елку возле крыльца дома рядом со слепленным накануне снеговиком. Получилось мило. А Уильям даже уговорил Джудит сфотографироваться для истории на фоне шедевра.

Последнее время она не любила фотографироваться. Джудит казалось, что она страшная и безобразная с этим безразмерным животом. И мечтала лишь поскорее от него избавиться. Тот факт, что в этом животике сокрыто будущее чадо, как-то ускользал от ее восприятия. Она - мама. Это что-то на гране фантастики и не про нее. Ребенок ей был совсем не нужен. Она молода, ей так хочется жить. Ребенок – это ответственность и скука. Но раз он так нужен Уильяму...Придется рожать.
И она родила. Роды были долгие и тяжелые. Джудит порядком намучилась и ненавидела это создание в своем животе еще больше за эти страдания.

Какого же было ее изумление, когда выяснилось, что родилась двойня: мальчик и девочка. Это был двойной кошмар для нее. Уильям же сиял от счастья. Он - отец!
Было очень тяжело управляться с двумя малышам, а Уильям был постоянно занят на работе. Он недавно получил пост судьи штата. Даже когда он бывал дома, то его не было для Джудит. Он запирался в своем кабинете и разбирался с ворохом бумаг. Джудит часто срывалась и устраивала скандалы. Но сегодня ее терпению пришел придел. Она ворвалась в кабинет мужа:
- Ты вот так и собираешься прятаться от меня в своем кабинете? Мне все осточертело. Я падаю от усталости, а тебе все равно! Ты слышишь меня?
-Что,дорогая?- сказал он невинным голосом, - Прости, ты что то говорила?
Он совсем не слушал, зарывшись в свои бумажки.
- Я ухожу от тебя!- твердо заявила Джудит.
Уильям всполошился, бросил свои бумаги:
-Ты не можешь так поступить. А дети?
- Тебе плевать на меня!- всхлипывала Джудит.
Уильям растерялся. Он всегда терялся, видя женские слезы.
- Милая, чем я могу тебе помочь? Ты же знаешь у меня новая должность. Полный аврал на работе. Я совершенно ничего не успеваю. Может нам стоит нанять няню?
Джудит скорчила гримасу: «Эх, мужчины!»
-И где ты найдешь няню, которая будет 24 часа возиться с нашими отпрысками, да еще почти даром?
- Может, Саманта...
- И как ты представляешь, она будет жить у нас? Вы же друг друга не выносите!
Уильям пытался прокрутить что-то в уме. Прикидывал и так и этак и, наконец, произнес:
- Не знаю...Я не знаю, что еще предложить.
Задумавшись на секунду, Джудит проговорила:
-А если твой брат Генри. Он ведь сейчас без работы. К тому же вырос в большой семье, как и ты. Наверняка, знает как обращаться с детьми. Ведь он весь этот год жил у твоей матери. А там маленькая Эдит – твоя сестра.
- Да уж моя мать все не успокоиться и плодит нищету...Я поговорю с ним завтра. Пойдем спать.

Генри согласился помочь брату и, вскоре, переехал к ним жить. Он здорово помогал Джудит и, на редкость, легко справлялся с этими «маленькими кошмариками», так она называла своих детей. Они даже однажды выбрались поужинать в ресторане «Фиеста». Их пригласил туда Марк, чтобы познакомить со своей невестой.

Какого же было изумление Уильяма, когда выяснилось, что невестой шурина является Диана Кохут.

Диана весь вечер странно косилась на Уильяма. Она была растеряна и не ожидала, что сестрой Марка окажется жена ее бывшего возлюбленного. Уильям тоже заметно нервничал. К тому же его неприятно удивило известие, что Диана так скоро забыла о нем и выходит замуж. «Хотя она имеет на это полное право, - подумал Уильям,- она же не моя собственность. Она молода, красива, и ей надо устраивать жизнь. Марк – хороший парень. И, похоже, что он любит ее.»
К счастью, Марк ни о чем не догадался, и ужин прошел в весьма дружеской и теплой атмосфере.

Уильям постоянно работал, и его практически не было дома. Он уезжал ни свет ни заря и возвращался за полночь. Джудит тоже мечтала о другой жизни без пеленок и распашонок. Теперь же ей пришлось оставить спорт. Это ее безумно злило. Хотелось вершин и достижений, славы и восхищения...А рядом был Генри, смотрящий влюбленными глазами. Они расстались с Самантой, и теперь он был абсолютно свободен. Свободен и красив. Красив и свободен. Какое заманчивое сочетание слов, независимо от их порядка.

Джудит всегда восхищалась его постоянством. Она ни разу не слышала от Саманты, чтобы он даже посмотрел на другую девушку, пока они встречались. Не то чтобы позволить себе флирт или что-то большее. Джудит всегда завидовала сестре. И теперь, когда он был так близко. Она не устояла перед соблазном. Ей пришлось приложить немало усилий, чтобы совратить Генри с праведного пути. Но чего хочет женщина, того хочет Бог. И если поставить цель красивой и умной женщине, то для нее нет преград. Видеть цель и не замечать препятствий.

Поддавшись искушению, Генри долго мучился. Он собирался все рассказать брату. Но Джудит уверила его, что тогда убедит Уильяма, что это его выдумки. Он не поверит Генри, а тот навсегда потеряет расположение брата. Цель всего этого была проста. Ей нравился Генри, но уходить от весьма состоятельного мужа и отказываться от благ безбедной жизни желания не было. На что бы они жили? Она не работает. Он тоже.
Не известно, сколько бы это продолжалось, если бы однажды Уильям неожиданно рано не вернулся домой. Одно из заседаний в суде отменили. Он застал свою жену в постели с братом.
Оцепенение, злость, пустота...Огромная пустота. Все поглощающая пустота. Столько раз он «наставлял рога» другим мужьям, а теперь сам был «рогат». И кто? Его тихоня брат. Всегда такой правильный и честный. А эта женщина (не Джудит, не жена, а просто женщина), абсолютно чужая и незнакомая ему женщина.
Он сидел в кабинете, тупо уставившись в одну точку. «Это конец. Я не могу позволить этой женщине жить здесь. Что она за мать? Кого она вырастит из моих детей? У нее же нет ни стыда, ни совести. С моим братом...» - такие мысли блуждали в его голове.
Он позвал Генри. Разговор получился тяжелый. Он не отпирался, не юлил. В оправдание лишь сказал, что безумно любит Джудит. Уильям на редкость спокойно произнес:
- Чтоб ноги твоей не было в этом доме.
Джудит же напротив лгала, не моргнув глазом, изворачивалась, как могла. Но когда поняла, что отпираться бесполезно, то упала на колени перед Уильямом. Буквально валялась в ногах, умоляла не выгонять ее, говорила о детях. Здесь Уильям сорвался. Он тряс ее за плечи и кричал:
- Не смей, говорить о детях, дрянь. Какая же ты дрянь! Тебе всегда было плевать на них. Убирайся вон! Вон отсюда или клянусь Богом, я тебя убью! Вон с глаз моих! Чтобы, когда я вернусь, тебя не было.

Глава 6.Приключения в новой жизни
Уильям долго блуждал по пустынным уже улицам. Было давно за полночь, но ему совсем не хотелось домой. Внезапно он подумал о детях и решил, что не может оставить их одних.

В доме ни жены, ни брата уже не было. В спальне его встретили лишь раскрытые дверки пустого шкафа и скомканная постель. В детской стоял жуткий крик и визг. Дети были грязные и голодные. Он был прав: она не станет забирать детей. Он сидел на кухне и с ужасом думал, что делать дальше. Потом приготовил манную кашу. Усадил их на детские стульчики. Они жадно набросились на еду. Он привычно выкупал детей и уложил их спать. Заботы о детях не вызывали в нем паники. Он с детства заботился о своих маленьких братьях и сестре. И поэтому наука по смене подгузников и приготовлении каши была им давно освоена. Но что делать с работой и детьми. Как это совместить. Надо найти няню. Он позвонил в агентство, и уже утром няня была у него дома.
Вернувшись поздно ночью, Уильям обнаружил, что новоиспеченная няня нашла себе весьма интересное занятие. Кавалер же юной леди, видимо, чувствуя себя как дома, решил примерить хозяйский халат. Халат Уильяма.

Дети визжали в соседней комнате. По всей кухне была рассыпана мука. Рейчел и Томас были белые от нее и походили на приведения. Они отбирали друг у друга остатки пакета с былой роскошью.
Выпроводив горе-няню, Уильям тяжело опустился на диван. Он жутко устал. Пришлось снова возиться с детьми: кормить, купать. Они долго не хотели засыпать. Уильям уснул лишь на рассвете. Будильник он не слышал и проснулся от телефонного звонка. Ему звонили с работы. Пришлось сослаться больным. Весь оставшийся день он возился с детьми, и под вечер валился с ног от усталости, когда услышал звонок в дверь. В голове мелькнула мысль, что это Джудит. Но за дверью была Саманта –ее сестра.
- Ты чудовищно выглядишь, - констатировала она прокурорским голосом.
- Ты всегда так добра ко мне, а твои комплименты так изящны,- съязвил Уильям.
Она молча прошла в гостиную. Осмотрелась и пошла в детскую. Уильям поплелся за ней.
-Зачем ты пришла? – он вопросительно на нее посмотрел.
Она старалась не смотреть на него и мерила взглядом пол. Потом посмотрела ему в глаза и тихо сказала:
- Я все знаю.
Лицо Уильяма скривила горькая усмешка:
-Джудит сказала?
- Нет, Марк. Она живет у них.
-А Генри?
Она с вызовом посмотрела ему в глаза:
- Неужели ты думаешь дед позволит ему жить в нашем доме? Марку долго пришлось его уговаривать не выгонять Джудит. Он был вне себя. Я никогда не видела деда таким. Я не знаю, что сказать…
-Зачем ты пришла?
-Джудит чудовищно поступила. Я ожидала подобной мерзости от тебя…
Уильям усмехнулся. Она продолжила:
- Ее не волнуют дети. Ее ничего не волнует. Она не вернется…
Уильям вспыхнул от гнева и жестко проговорил:
- Я НИКОГДА не позволю ей вернуться.
Саманта долго смотрела на него оценивающим взглядом. Словно прежде никогда его раньше не видела.
- Я хочу помочь, -сказала она, наконец.
- Как?
- Я сейчас работаю на дому. Пишу кое-какие программы. Я могу заниматься детьми, пока ты на работе.
Уильям задумался, но затем твердо произнес:
-Нет.
-Почему?
- Потому что ты не сможешь работать. Это невозможно. Дети требует постоянного внимания. Я сегодня весь день к ним, как привязанный.
Саманта внимательно изучала носок своей туфли и переминалась с ноги на ногу.
- Давай это буду решать я: смогу или не смогу работать. Что ты теряешь?
- Я думал найти хорошую няню. Пока мне неочень везло, но я – оптимист и верю в светлое будущее.
- Я более верю в твое темное прошлое…- осеклась Саманта, - прости. Это университетская привычка: хамить тебе.
Они оба рассмеялись от души.

Сначала Саманта была приходящей нянькой. Но так как Уильям уезжал около семи на работу, а она не имела личного транспорта. То, вскоре, пришлось отказаться от этой затеи, и она поселилась в комнате Генри. Как она управлялась со всем, оставалось загадкой. Но она проявляла недюжую заботу о племянниках и успевала работать.
Возращаясь с работы, Уильям заглянул в детскую. Там Саманта читала сказку перед сном Томасу. Рейчел сладко посапывала в своей кроватке.

«У нее приятный голос»- отметил про себя Уильям. Он прошел на кухню. На плите стоял теплый ужин. Спагетти под соусом пахли изумительно. С тех пор, как Саманта появилась в доме, он стал уютнее. Она полностью обновила детскую. Мужественно воевала со строителями, продавцами мебели. Закупила кучу игрушек, всякие милые безделушки. Сшила довольно теплые лоскутные одеяла для малышей, шторы в столовую, полотенца в ванную комнату. Потом заявила, что надо полностью переделать столовую, и что там будет чудно смотреться какой то итальянский столовый гарнитур.
Уильям боялся сам себе признаться в том, что он каждый вечер спешил домой. Он хотел домой. Здесь появилось что-то, чего ему так не хватало еще до свадьбы с Джудит. Но более всего он боялся признаться, что с каждым днем ему все больше и больше нравится Сэм (Саманта). В ней было что-то…
И тут его осенило: «Она так похожа на Диану! Тот же взгляд, та же улыбка. Вот почему мне был так знаком этот взгляд, когда я встретил Диану в магазине…»
- Ты уже поужинал? – услышал он мелодичный голос и по кухне разлился сладковато-нежный аромат ее духов.
Он повернулся к ней. Он видел только ее глаза, губы…Уильям шагнул ей навстречу. Они стояли совсем близко. Так что, он мог чувствовать жар ее дыханья. Внезапно Уильям потерял над собой контроль: он притянул ее к себе и стал жадно целовать.

Взяв себя в руки, он разжал объятья и отпустил Саманту. Уильям настороженно ждал ее реакции. Он приготовился, что она вновь наброситься с кулаками. Но вместо этого Саманта стояла потерянная и ошарашенная. Воспользовавшись замешательством противника, и вспомнив, что лучшая защита – это нападение, он нерешительно произнес:
- Сэм, я ,кажется, тебя люблю.
Эти слова вернули ее к действительности. Лицо оживилось. На нем отразилась ожесточенная ярость, и она гневно прошипела:
- Прибереги свои сказки для наивных дур, которые им верят! И запомни, еще одна подобная выходка, и я испарюсь также легко и быстро, как алкоголь на солнце. Ты понял?
- Понял, - недовольно пробурчал Уильям, - куда уж яснее…

Он машинально перебирал ходатайства, постановления, решения. Но они не занимали его. Он даже не понимал сути прочитанного. В голове был лишь один образ. Рыжеволосой бестии с зелеными глазами.

Он преследовал его и дома, и на работе, и даже во сне. «Так больше продолжаться не может. Я сойду с ума. Нужно поговорить с ней!» С этим намерением он отправился домой.

По дому разносился чудодейственный запах свежей выпечки и ее духов. Саманта снова возилась с детьми и одновременно ожесточенно спорила с кем- то по телефону:
- Да, зайчик…Нет, это не вам. Если завтра не будет стульев, то я подам в суд и взыщу все убытки и моральный вред. После этого вы будете милостыню просить на паперти. И уж поверьте, что муж моей сестры- судья, подсобит мне в этом вопросе…Всего доброго.
Уильям громко хохотал. Оказывается такую «неземную любовь» она питала не только к нему. Саманта повернулась к нему:
- Ты сегодня рано.
Уильям стал очень серьезным. Вздохнул, и сказал:
- Я по тебе соскучился.
Она растерялась.
-Тебе нравится ставить меня в тупик своими глупыми высказываниями?
- Нет. Просто одна мысль не дает мне покоя.
Она ехидно усмехнулась:
- Интересно, какая?
Он пристально посмотрел ей в глаза и сказал, выделяя каждое слово:
- Я женился НЕ НА ТОЙ сестре.
Саманта покраснела до кончиков ушей.
- Зачем ты это делаешь? Тебе, что не хватает именно меня в ТВОЕЙ КОЛЛЕКЦИИ?
Он ожидал подобный поворот в дискуссии. И потому был к нему готов.
- Я завязал со своим темным прошлым еще, когда женился на Джудит…
- Ты думаешь, я в это поверю? – перебила она его, - Горбатого исправит лишь могила.
- Какие громкие и пафосные слова. Знаешь, мне плевать хочешь - верь, хочешь нет: я не изменял твоей сестре ПОСЛЕ СВАДЬБЫ, - сказал Уильям неожиданно для себя.
Она встала, подошла к нему вплотную и спросила:
- Чего ты добиваешься?
- Тебя. Ты нужна мне. Я знаю, что ты не поверишь, но подобные чувства я испытывал лишь к одной женщине…
Она усмехнулась:
- К моей сестре?
- Нет.
Он был серьезен и, казалось, так искренен. Ей хотелось плакать. Она боялась верить ему. Знала, что Уильям причинит ей боль. Саманта слишком любила его, чтобы верить. Он – обманщик, лгун, бабник. Она видела все эти слезы, страдания, унижения его жертв. Он – монстр, хладнокровный и жестокий. Но Уильям так любит детей…Она отвернулась к окну, чтобы он не видел ее слез. Он говорил тихо, вкрадчиво и спокойно:
- Я лишь однажды любил. Она так похожа на тебя. Не внешне - нет. Но ты такая же хрупкая и ранимая, хотя для всех железная леди. Мне хочется оберегать тебя, заботиться о тебе, просто быть рядом с тобой. Я хочу видеть твое лицо, просыпаться в твоих объятьях…Сэм, я люблю тебя.
Она плакала навзрыд. Слезы душили. Уильям нежно обнимал ее за талию и пытался успокоить:
-Не плачь. Прости, если я чем-то обидел тебя. Я…ну, пожалуйста. Сэм, что мне сделать? Я все для тебя сделаю. Все, что ты хочешь…
Она подняла на него глаза, полные слез:
- Ты правда любишь меня?
-Да. Очень.
- Кто эта девушка, о которой ты говорил?
Он отвел глаза.
- Я не могу сказать. Это будет нечестно по отношению к ней.
- Я ее знаю?
- Да.
Она колебалась, но решила все-таки спросить:
- Ты все еще любишь ее?
Он задумался.
- Нет. Я тепло отношусь к ней, но у нее своя жизнь…Она любит другого мужчину.
-Она замужем?
-Да.
Она знала, что не стоит этого говорить, но не смогла удержаться:
- Высоконравственная особа!
- Что ты имеешь в виду?
- Ну, изменять мужу – это так нравственно! Я, наверное, не понимаю современной морали,- в ее голосе звучал сарказм.
- Она не была замужем, когда мы встречались, - тихо сказал Уильям.
Саманта долго смотрела на него пытливым взглядом, пытаясь заглянуть в душу.
- Почему тогда ты на ней не женился?
- Я собирался сделать ей предложение в тот день, когда Джудит сообщила, что беременна.
Она смотрела на него и понимала, что совсем не знает кто такой Уильям Бейнтс.
- Знаешь, я совсем не знаю тебя. Пожалуй, нам придется познакомиться заново.

Через несколько месяцев Уильям развелся с Джудит и они, наконец, смогли пожениться с Самантой. Свадьба была скромная. Платье невеста выбрала себе в восточном стиле. Ее всегда притягивал Восток и все, что с ним связано.

Вся эта история с Джудит имела благотворные последствия. Уильям, наконец, понял свою мать. Понял и простил. Он знал, что нет ее вины. Она бы не смогла простить отца. Она слишком любила, чтобы простить предательство. Ей было слишком больно. Она тоже пришла поздравить сына.

Явился даже Генри, хотя его никто не звал. Он просил прощение у Уильяма. Говорил, что Джудит – жуткая женщина. Что ему она тоже изменила с каким-то рок-музыкантом, и он выгнал ее из дома (они жили у его матери).

Но Уильяма не тронул его рассказ. Он просил уйти и не портить праздник.

И Генри ничего не оставалось, как покинуть торжество. В остальном, свадьба прошла без приключений.

Забавно, что офицером полиции, приехавшим на вызов, оказалась новая жена Генри. Она очень старалась помочь родственникам в поиске.

Искали его двое суток. К поискам подключились практически все соседи.

На исходе первого дня поисков Уильям усталый и обессиленный вернулся домой. Дочка сладко спала в своей постели и лишь встревоженная Саманта встретила его вопросительным взглядом. Все было ясно без слов. Она просто молча обняла Уильяма, и от этого ему сразу стало легче.

Но Уильяма ждал неприятный сюрприз. Оказывается, его брату хватило наглости заявиться. Не сдержавшись, он начал громко кричать, забыв о спящей дочери.Это очень расстроило Саманту, так как ей стоило большого труда уложить Рейчел.

Братья долго спорили. Генри умолял о прощении, каялся, как на исповеди, винил себя в произошедшем и просил лишь позволить помочь в поисках племянника.

Сил у Уильяма спорить уже не осталось: весь день на ногах, да и лишняя помощь не повредит. Решили, что завтра спозаранку Генри присоединиться к поискам.

Осмотрев каждый закоулок окрестностей, к вечеру поисковая группа добрела к старому заброшенному кладбищу. Оно было огромное. Половина могильных плит была разрушена, на других нельзя было разобрать надписи. Они были стерты временем. Решили разделиться.

Стало смеркаться. Даже взрослому сильному мужчине вроде Уильяма находиться здесь было весьма жутковато. Но он лишь думал о сыне и ускорял шаг. Вдруг между двумя могильными плитами блеснуло что-то синее и Уильяму показалось, что это куртка сына. Приблизившись, он увидел Томаса.

Он находился в странной позе и почти в бессознательном состоянии. Глаза были широко открыты от ужаса. Он словно окаменел и не сразу понял кто перед ним. Уильям долго тряс его за плечи, прежде чем сын вернулся к действительности.

После чего у него началась истерика. Он ревел навзрыд и Уильям никак не мог его успокоить.

Потом он затих и за всю дорогу до дома не проронил ни слова. Саманта уговорила Уильяма строго не наказывать блудного сына. Все ограничилось домашним арестом на несколько месяцев и отсутствием карманных денег.
После этого происшествия Томас стал очень замкнутым, почти ни с кем не разговаривал. И на все вопросы отвечал: да, нет или не знаю.
Уильям очень переживал за сына, но не знал, как ему помочь. Он предпринимал попытки наладить с ним диалог. Но все они были тщетны: он либо убегал и запирался в ванной комнате, либо зарывался с головой в подушки.
Из-за всего этого у Томаса резко снизилась успеваемость в школе. Уильям стал частым гостем у директора.

Их семью пару раз посещал социальный работник.

Именно, социальная служба заставила их обратиться к психологу.

Кэтрин Доули – чудная женщина. У нее сразу получилось наладить диалог с мальчиком. Томас рассказал о том, что случилось после его побега из дому.